«Русские сезоны» Дягилева и парижская мода, 1909–1920-е
Костюмы Льва Бакста к «Шехерезаде» (1910) и «восточным» балетам Дягилева разошлись по Парижу через журналы и сцену: Пуаре устроил «восточный» праздник, дом Paquin в 1912 году нанял Бакста рисовать коллекцию. В 1914 году «Золотой петушок» в оформлении Натальи Гончаровой, всю жизнь черпавшей образы в русском народном искусстве и лубке, принёс ей мировую известность, а затем она, уже живя в Париже, перенесла цветочные узоры деревенских костюмов своего детства в модели для дома Myrbor.
Откуда взяли: «Русские сезоны» как посредник: «Восток» «Тысячи и одной ночи» у Бакста и русское народное искусство у Гончаровой
- костюмы Бакста к «Шехерезаде» — Балет Фокина на музыку Римского-Корсакова по первой сказке «Тысячи и одной ночи», премьера 4 июня 1910 года в Парижской опере. V&A описывает его как «персидскую сказку» о гареме, знаменитую яркими, «как драгоценности», декорациями и костюмами Бакста; костюмы шила мадемуазель Мюэль в Париже. В собрании V&A — костюм адъютанта шаха, возможно, с первой постановки. (V&A, костюм адъютанта к «Шехерезаде», S.543-1989)[1][1]
- русский народный костюм и лубок у Гончаровой — По путеводителю Tate, Гончарова всю жизнь брала цвета и стилизованные формы русского народного искусства; верила, что художник может учиться у икон и лубка (народной печатной картинки). Постановка оперы-балета «Золотой петушок» в Париже (1914) принесла ей мировую известность. В первом зале выставки Tate 2019 года рядом с её картинами показан народный костюм из её родных мест.[2][2]
Кто взял: парижская мода: Поль Пуаре, дом Paquin, позже Габриэль Шанель и дом Myrbor Мари Кюттоли, праздник Пуаре «Тысяча и вторая ночь» (1911); коллекция Paquin по рисункам Бакста (1912); «русский период» Шанель (начало 1920-х); модели Гончаровой для Myrbor, 1909–1920-е
От «восточных» балетов Бакста — мода на роскошный «Восток»: по Метрополитен-музею, после успеха «Шехерезады» Пуаре выпустил «гаремные» шаровары (1911) и устроил «восточный» праздник; Paquin заказал самому Баксту рисунки для коллекции (1912). От русской темы — крестьянская туника и вышивка у Шанель начала 1920-х и народные цветочные узоры Гончаровой в моделях Myrbor. Стиль труппы, по рецензии на книгу Дэвис, разносили журналы Comoedia Illustré и La Gazette du Bon Ton.[3][4][3][2][5]
Откуда взяли
Труппа Дягилева выступала в Париже с 1909 года. Рецензия на книгу Мэри Дэвис называет «ориенталистскими» работы Льва Бакста для «Клеопатры» (1909) и «Шехерезады» (1910). «Шехерезаду» V&A описывает как «персидскую сказку» по первой истории «Тысячи и одной ночи» — о гареме, с яркими, «как драгоценности», декорациями и костюмами. Вторая линия — русская: в 1914 году «Золотого петушка» оформила Наталья Гончарова; по Tate, она всю жизнь брала цвета и формы русского народного искусства, училась у икон и лубка, а в её выставке рядом с картинами показан народный костюм её родных мест. Какие именно образцы легли в костюмы «Петушка», путеводитель не уточняет.[3][1][2][4]
Что сделали дома
Поль Пуаре для балета не работал, но в июне 1911 года устроил праздник «Тысяча и вторая ночь» с костюмами «по восточным сказкам», а его жена Дениз была в шароварах. Дом Paquin, по рецензии на книгу историка Мэри Дэвис, в 1912 году нанял Бакста рисовать модели для коллекции; пресс-релиз BnF подтверждает, что Бакст сделал коллекцию для Жанны Пакен. Шанель в начале 1920-х, после романов со Стравинским и великим князем Дмитрием Павловичем, пережила «русский период» — яркие вещи по форме крестьянской туники; её вышивкой занималась сестра великого князя Мария Павловна. Гончарова ещё в Москве рисовала для дома Надежды Ламановой, а в Париже работала с домом Myrbor Мари Кюттоли; её повторяющиеся цветочные мотивы, по Tate, восходят к деревенским костюмам и набойкам её детства.[4][3][2][5]
Как это назвали
Историк Мэри Дэвис в книге «Ballets Russes Style» (2010) разбирает разные степени связи труппы с кутюрье; рецензент Times Higher Education пишет о «моде на упадочный Восток», вызванной «Русскими сезонами». Дягилев, по Tate, говорил, что именно Гончарова сделала модным платье-рубашку в московской богеме. BnF называет Бакста художником, который «ведёт диалог» с модельерами.[4][2][3]
Что осталось в моде
По пресс-релизу BnF (2016), Бакст вдохновлял модельеров весь XX век: ему отдавали дань Кристиан Лакруа, Карл Лагерфельд в Chloé, Джон Гальяно и несколько раз Ив Сен-Лоран, а среди наследников названы Вивьен Вествуд и даже Уолт Дисней. Самый известный поздний отклик — коллекция Сен-Лорана «Опера — Русские балеты» 1976 года (см. отдельную запись). Выставка «Bakst, des Ballets russes à la haute couture» прошла в Опере Гарнье в 2016–2017 годах.[3][6]
Спорное
- Пуаре заимствовал у Бакста. Пуаре писал, что костюмы Бакста «слишком чрезмерны», чтобы вдохновить кутюрье, работающего для повседневной жизни; рецензия на книгу Дэвис противопоставляет этому решение дома Paquin нанять Бакста. Метрополитен-музей считает, что праздник 1911 года использовал успех «Шехерезады».[4][5]
«il dialogue également avec les créateurs de mode comme Jeanne Paquin»Bibliothèque nationale de France и Opéra national de Paris — пресс-релиз выставки «Bakst, des Ballets russes à la haute couture», 31 августа 2016[3]Связанное
Источники
- collections.vam.ac.uk
- tate.org.uk
- bnf.fr
- Times Higher Education — рецензия на книгу Mary E. Davis «Ballets Russes Style: Diaghilev's Dancers and Paris Fashion» (Reaktion Books, 2010), Anne Hogan, 2010-12-16
- The Metropolitan Museum of Art — выставка «Poiret: King of Fashion», 9 мая – 5 августа 2007 (прочитано в копии Wayback Machine от 15.06.2026), The Met, Costume Institute, 2007
- Musée Yves Saint Laurent Paris — «Collection Opéra – Ballets russes» (текст страницы подгружается скриптом; дословные фрагменты сверены через WebFetch), Musée Yves Saint Laurent Paris
Открыть в интерактивной версии: фото показов, поиск, связи →